Обитатели моря

Затонувшие галеоны

По-моему, найти клад — худшее, что может постигнуть шкипера. Прежде всего ему придётся сказать об этом команде и заключить с ней контракт, обеспечивающий каждому его долю. Разумеется, он возьмёт с подчинённых клятву, что они будут хранить тайну. Но достаточно третьему помощнику выпить два стаканчика в первом попавшемся портовом кабачке, и тайное становится явным. И тогда, если шкипер обнаружил испанское золото, немедленно вынырнут всякие наследники и правопреемники конкистадоров и скончавшихся монархов и предъявят иск. Власти страны, в чьих территориальных водах найден клад, сдерут со шкипера немалые поборы. Если после этого всего у бедняги ещё останется что-нибудь, собственное правительство изымет у него большую часть посредством налогов. Вижу его, потерявшего друзей, лишившегося доброй славы, на его судно наложен арест, а сам он проклинает себя за то, что не оставил злополучный клад лежать на дне морском.

(Из книги Ж. И. Кусто и Ф. Дюма «В мире безмолвия»)

С начала эпохи Великих географических открытий и до середины XIX в. ежегодно в порты не возвращалось около 3 тыс. кораблей. Значит, около миллиона парусников лежат на морском дне. К ним можно добавить затонувшие корабли античности и раннего Средневековья, а также жертвы более поздних трагедий — двух мировых войн, локальных конфликтов, стихийных бедствий и инженерных просчётов. Точно определить количество таких судов никто не возьмётся, но число получается впечатляющее.

Это подводное кладбище служит местом жительства для морских обитателей, источником обогащения — для искателей сокровищ, а для всех остальных — великолепным романтическим фоном для погружений. Впрочем, ценности на дне моря лежат действительно нешуточные. Вот пример только одной эпопеи по их поиску и подъёму.

4 сентября 1622 г. караван галеонов с сокровищами, награбленными конкистадорами, — золотом, серебром, жемчугом и изумрудами — отплыл из Гаваны в Испанию. На следующий день сильнейший ураган разметал суда. Когда шторм утих, флотилия недосчиталась восьми кораблей. Среди ушедших на дно оказался галеон «Нуэстра Сеньора де Аточа». Новейшее по тем временам судно имело репутацию самого надёжного, и потому его трюмы были переполнены ценным грузом. Кроме того, эта плавучая крепость (более 100 пушек!) внушала доверие возвращавшимся в Испанию (и не с пустыми руками, разумеется) аристократам. Так что океан поглотил поистине огромные ценности, столетиями будоражившие умы кладоискателей.

20 июля 1985 г. Мэл Фишер, уже отдавший 16 лет поиску затонувших галеонов, сидел на палубе своего парусника, пришвартованного в городке Ки-Уэст (на острове у побережья Флориды), и водил пальцем по карте. Казалось бы, его экспедиция обшарила все уголки Карибского моря, отработав десятки версий. Время от времени со дна поднимали то пушку, то кое-какие предметы с «Нуэстры Сеньоры- , но ни сам корабль, ни его груз найти не удавалось. А каждый день поисков обходился в тысячу долларов...

Фишер был настолько погружён в раздумья, что пропустил вызов по рации: на одном из поисковых судов зашкалил магнитометр, а опустившиеся на дно аквалангисты обнаружили сокровища. Отчаявшись связаться с шефом, капитан судна послал сообщение в открытый эфир: «Если кто увидит Фишера, пусть передаст ему, что мы нашли огромную кучу серебра». Новость моментально облетела городок, к берегу потянулись люди — кто с маской, кто с аквалангом. Фишер узнал о находке, кажется, последним. Трудно представить, что творилось в душе у кладоискателя в момент триумфа.

Наградой за годы труда и жертвы (во время поисков погибли сын, невеста Мэла и один из членов команды) стали многочисленные слитки серебра и золота, золотые и серебряные монеты, драгоценные камни и многое другое. Полная опись находок заняла 2,5 тыс. страниц, а весь груз «потянул» на 400 млн долларов. Часть сокровищ была продана с аукциона «Кристи» в Нью-Йорке, но некоторые предметы Фишер поместил в свой музей в городке Себастьяне (Флорида). После смерти Мэла Фишера в 1998 г. коллекцию пополняют его дети и команда.

Но не так-то легко научиться искать морские города и клады. Путь от пловца с маской и трубкой к настоящему дайверу совсем не прост.